Что значит — ждали гостей? Это значит, что вся уездная пятерка, сидящая в райцентре — технично смылась — кто в Кабул, кто еще куда, а все активничающие, служащие в царандое или армии — или тоже смылись на время, либо прикинулись ветошью. В Афганистане вообще очень зыбким было понятие контроля той или иной территории — не было четко выраженной линии фронта, и никто не мог точно сказать — под чьим контролем был тот или иной уезд, шурави или душманов. Возьмем Заргун Шахр… здесь вроде как есть пятерка, прислали из Кандагара, есть народная власть. Но стоит только раздаться слуху, что с той стороны идут гости — как вся эта власть, даже не пытаясь защитить свои права и преимущества как власти — просто сматывает удочки, чтобы прийти обратно, как только душманы уйдут. Или — не уйдут. В свое время — советские военных советников поразило, как в афганской армии и милиции легко относятся к проблеме отступления или даже повального бегства с занимаемых позиций — никто даже не пытается наказать или хоть как-то пристыдить дезертиров. Советским военным советникам, немало удивленным такой постановкой вопроса объяснили — наказывать нельзя, люди могут обидеться.

Не обидятся лишь те, кто честно стоял до конца в отличие от беглецов и лег из-за предательства. А были — и такие.

В это же время — в этом же районе, только чуть пораньше — а Афганистан вошла еще одна банда. Отличалась она тем, что в ее составе были граждане США.

Бандформирование — относящее к Исламской партии Афганистана Хекматьяра — вел амер Зазай, это фамилия у него была такая — Зазай. А звание у него было — аж майор Афганской народной армии. Из тех, кого он вел с десяток были — старая гвардия, которую учили еще шурави, грамотные (поэтому им доверили Стингеры, неграмотным было нельзя) — остальные — малолетки с лагерей, пятнадцати — семнадцатилетние пацаны с фанатичным блеском в глазах и черными чалмами, которые в последнее время стало модно носить тем, кто встал на джихад и поклялся пасть на этом пути. Для этих пацанов, никогда досыта не евших и знавших из Корана только то, что им рассказал мулла — ваххабит смерть — была лучше чем жизнь, лучше чем все, что они видели. Да и не видели они ни хрена.